Choch harbiy arxeologiyasi bo‘yicha ma’lumotlar (Материалы к военной археологии Чача)


Post Views:
87

Maqola (qo‘hna Qanqa hududidagi ibodatxona majmuasidan topilgan ashyolar asosida) Choch o‘lkasidagi harbiy arxeologiya muammolariga bag‘ishlangan. Tadqiqot sifatida ibodatxonadagi qazilma ishlar paytida topilgan qurol-yarog‘ buyumlari xizmat qiladi. Ular ibodatxonaga tuhfa yoki o‘lja sifatida xayr-ehson qilingan. Ayrim topilmalar bevosita ibodatxona hududida bo‘lib o‘tgan harbiy harakatlar bilan bog‘liq. Barcha qurol-yarog‘ buyumlari uch guruhga bo‘linadi: uzoq masofadagi janglar uchun qurol (o‘qlari, nayza, sopqon o‘qlari) yaqin masofadagi janglar uchun (qilich, xanjar, pichoqlar) va aslahalar. Paykon o‘qlari ko‘pligi va xilma-xilligi ushbu o‘lkaga xos harbiy san’atda uzoq masofadagi harakatga alohida ahamiyat berilganligidan dalolat beradi. Temir taxtachalardan iborat sovut qoldiqlari topilishi o‘sha davrda qurollangan jangchilar, jumladan, otliqlar mavjud bo‘lganligini ma’lum qiladi. Og‘ir qurollangan otliqlar ham zich safda yorib o‘tish zarbasini amalga oshirganlar, yoyilgan safda uzoq masofadan dushmanlarni o‘qqa tuta olganlar. Shunday qilib, topilmalar Chochda ilk o‘rta asrlar davrida harbiy san’at xuddi butun Markaziy Osiyo hududidagi kabi yuqori darajada bo‘lganligidan dalolat beradi.

МАТЕРИАЛЫ К ВОЕННОЙ АРХЕОЛОГИИ ЧАЧА (по раскопкам храмового комплекса Канки)

Отдельные находки, комплексы и сооружения, связанные с военным делом, специфика их изучения становятся предметом исследования отдельного направления – военной археологии. Это особенно актуально для Ташкентского оазиса, т.к. вопросы истории военного дела региона изучены крайне слабо. Состояние и развитие военного дела всегда имели первостепенное, жизненно важное значение для его населения во все эпохи и отражали не только тактику и приемы военных действий, применение тех или иных видов вооружения, но и уровень технических возможностей общества, его экономики, направление экономических, культурных и политических связей. Например, сооружение крупных оборонительных строений вокруг городских центров оазиса было невозможно без организации общественных работ, без знания и умения возведения крупных капитальных построек, расчета на устойчивость этих стен, на защиту обороняющихся и нанесения максимального ущерба наступающему противнику. Cложение специализированного комплекса вооружения у населения Ташкентского оазиса проходило на протяжении длительного исторического периода при тесном контакте с другими регионами и, в первую очередь, с кочевой степью.

Важным этапом в развитии военного дела стала эпоха раннего средневековья, когда ведущую роль в политической истории и, соответственно, в военном деле играли древние тюрки.

Однако если для предшествующего времени существования каунчинской культуры, известны многочисленные находки вооружения (стрел, мечей, кинжалов), связанные с сопроводительным инвентарем в погребениях, то для эпохи раннего средневековья эти находки крайне малочисленны. В связи с этим особый интерес приобретают предметы вооружения, обнаруженные в процессе раскопок храмового комплекса в шахристане I городища Канка, столичного центра Ташкентского оазиса в эпоху античности и раннего средневековья. В арабских дорожниках он известен как Харашкет. Комплекс находок сформирован из трех групп. Первая из них – это приношения из жертвенных кострищ (наконечники стрел, брошенные в них вместе с другими предметами), вторая группа – дары, в том числе, видимо, военные трофеи – мечи, доспехи, развешанные на стенах храма, третья – следы боевого столкновения на его территории во время штурма города (убитый воин и верблюд, стрела в обугленном деревянном косяке).

Вместе с тем оружиеведческий анализ полученного комплекса позволяет дать как классификацию вооружения (выделение средств нападения и защиты, позволявших вести боевые действия на разных дистанциях, а также их типологии – групп, типов, вариантов каждого конкретного вида оружия), так и на базе этих данных перейти к рассмотрению более общих вопросов – тактики ведения боевых действий и военной организации.

Основным видом оружия на дальней дистанции были лук и стрелы. Они были не только самой массовой, но и неотъемлемой частью вооружения, как кочевников, так и горожан Чача. Рост военных столкновений, усовершенствование оборонительных доспехов вызывало необходимость поиска путей увеличения боевой мощи луков и поражающей силы стрел. Отражением этого стало не только дальнейшее совершенствование сложносоставных луков, но и разработка различных типов наконечников стрел, имевших разное предназначение.

Именно такое разнообразие типов представлено в комплексе находок храма. Все наконечники стрел – железные, с характерным черешковым насадом на древко. Выделяется три типа: трехперые, трехгранные и листовидные (рис. 1).qurol_1

К первому типу относятся трехперые наконечники. Один из них сохранился не полностью, обломана часть боевой головки. Сохранившаяся общая длина – 11 см, из них боевая головка – 3,5 см, округлый в сечении черешок – 7,5 см. Перья имеют округлую линию и уступ в нижней части, который направлен от основания головки к ребру. Наибольшая высота пера – 1,5см (рис. 1, 3). Другой трехперый наконечник общей длиной – 7,1 см. Боевая головка пирамидальной формы, длиной 3,6см, наибольшая ширина – 1,5 см. Высота пера -0,7 см. Характерен уступ в основании перьев, сделанный у самого ребра и направленный к основанию головки. Черешок округлый в сечении, диаметром 0,3 см, длиной – 3,6 см, но конец черешка расплющен и слегка перекручен. Еще один трехперый наконечник общей длиной 9,2 см, но конец черешка обломан, утерян и самый кончик жала боевой головки. Последняя пирамидальной формы, длиной – 4 см. Высота пера – 1 см. Перья образуют почти прямой угол с коротким уступом. В основании боевой головки сделан уступ-муфточка, в сечении подтреугольной формы. Черешок округлый в сечении, диаметром – 0,3 см, длиной – 4,6 см. Видимо, этот экземплярявляется ведущим в этом типе.

Отдельно отметим крупный наконечник длиной 12,5см, не имеющий аналогов среди известных наконечников стрел с городища. Боевая головка массивная, длиной – 6,3 см. Перья необычной трапециевидной формы. Причем, ближе к основанию боевой головки высота пера – 1,9 см, а к жалу – 1,6см. Черешок длинный – 6,2 см, округлый в сечении, диаметром 0,7см у основания боевой головки и 0,3см на конце (рис. 1, 1). Видимо, подобные наконечники использовались для поражения живой силы, незащищенной доспехом. Следует также отметить необычные размеры, рисунок пера. Ближайшие аналогии обнаруживаются среди алтайского материала. По мнению Ю.С. Худякова, такие наконечники, имеющие в сечении вид трехлучевой звезды, были широко распространены в хуннских памятниках Забайкалья и в материалах I-VIII вв. Южной и Западной Сибири. Подобная конфигурация пера обеспечивала стрелам высокие баллистические качества. Считается, что они были наиболее устойчивы в полете и наносили при попадании болезненные рваные раны [Левашова, 1939. С. 52]. Наконечники, подобные нашему, относятся к вытянуто-пятиугольному типу с остроугольным острием, широкими лопастями и прямыми плечиками [Худяков, 1985. С. 97-98, рис, 2, 7, 12] и датируются серединой – второй половиной I тыс. н.э. [Худяков, 1985. С. 98]. Аналогичные наконечники зафиксированы на многих памятниках средневековых кочевников Евразии второй половины I тыс. н.э. [Худяков, 1980. C. 79; Соловьев, 1987. C. 35]. Таким образом, круг аналогий этого наконечника явно связан со степями Монголии, Южной и Западной Сибирью. Иными словами, наконечник этого типа инороден для нашего комплекса, что указывает на его принадлежность к тюркскому компоненту.

Ко второму типу относятся трехгранные наконечники. Они наиболее многочисленны (11 экземпляров). Размеры их сильно варьируют (рис. 1, 4-15). Ведущим является наконечник длиной 9,5 см. Боевая головка узкой пирамидальной формы, длиной -5 см. Ширина грани – 1 см. В основании боевой головки имеется уступ – порожек в виде сильно приплюснутого шара. Ширина его – 1 см. Черешок овальный в сечении, длиной – 4,5см (рис. 1, 4). Вариантом этого типа являются наконечники длиной от 8до 6,2см (4 экземпляра). У всех наконечников боевая головка пирамидальной формы, резко утолщающаяся к основанию. Длина боевой головки – 2,8 -3,5см. Ширина грани – 1-1,3см. Длина округлого черешка примерно равна длине боевой головки. На трех экземплярах сохранились следы деревянного древка, диаметром 0,8см. Характерно, что в основании боевой головки сделан порожек-муфточка, либо цилиндрической формы, либо приплюснутой шаровидной. Причем, в последнем случае она на 0,5 см отстоит от боевой головки (рис. 1, 15).

Отдельный вариант образует мелкий наконечник длиной 5 см. Боевая головка пирамидальной формы с широким основанием, длиной – 1,7 см, ширина грани – 0,9 см. В основании имеется кольцевидный уступ-муфточка. Длина округлого в сечении черешка, утончающегося от основания муфточки – 2,6см.

Близок к нему наконечник с боевой головкой пирамидальной формы, длиной – 2,5 см. К основанию головки грани закругляются и образуют уступ уплощенно-овальной формы, длиной –1,5см, шириной – 1,3см. Черешок овальной формы, его большая часть утрачена.

Мелкий наконечник, также пирамидальной формы, трехгранный, общая длина – 4,6 см. Из нее боевая головка – 2 см и округлый черешок – 2,6 см. Ширина грани – 0,8 см. Любопытной деталью является часть деревянного древка, диаметром 0,8 см, сохранившаяся на черешке (рис. 1, 14).

Третьим типом являются наконечники плоской листовидной формы. Один из них: длиной – 8 см. Длина боевой головки узкой листовидной формы с двухсторонней заточкой – 3 см, ширина – 1,4 см. В основании имеется цилиндрический порожек муфточка длиной – 1,7 см и шириной – 1,1 см. Черешок округлый в сечении, длиной – 3,4см (рис. 2, 5).

Второй имеет общую длину – 8,6 см. Боевая головка узкой формы с острым углом атаки, ее длина – 3,6 см. Отметим двухстороннюю заточку наконечника. В основании боевой головки сделан порожек – муфточка, сильно сплющенный с боков. Черешок – округлый в сечении, постепенно сужается от основания муфточки, его длина – 4,5 см. Длина черешка почти соответствует размеру боевой головки с муфточкой. Видимо, это было нужно для центровки наконечника при навесной стрельбе на дальность.

В целом наконечники образуют интересную группу, в которой преобладают трехгранные наконечники, причем, в подавляющем большинстве они имеют уступ в основании боевой головки. Все они обнаруживают много аналогов среди среднеазиатского материала, но важны не отдельные находки, а комплексы. Такой комплекс образуют стрелы на усадьбе Кайрагач V-VI вв., где также, почти в равном соотношении, представлены трехперые и трехгранные наконечники, а небольшое количество из них имеет уступ в основании боевой головки [Брыкина, 1982. С. 187-188]. Б.А. Литвинский относит наконечники стрел с уступом-муфточкой к VII-VIII вв. [Литвинский, 1965]. Впрочем, стрелы с порожком-уступом в начале черешка встречаются и в более ранних слоях. Так, на цитадели Актобе-2 такой наконечник обнаружен в материалах I-IV вв. Насарматских стрелах уступчики появляются в III-IV вв. н.э. [Максимова и др., 1968. С.].

К сожалению, вопросы типологии, хронологии, распространения железных наконечников стрел во многом остаются неразработанными.

К стрелковому вооружению примыкает также группа железных предметов в виде якоря (рис. 2, 3).

Все они образованы перегибом отрезка железного прута пополам. В месте перегиба устроена круглая петля, диаметром – 1,5 см. Противоположенный конец оформлен в виде якорька, две лапы которого под прямым углом или немного загибаясь вверх, отогнуты в разные стороны. Всего было найдено 4целых и один сломанный экземпляр. Их размеры незначительно колеблются – 11,6-12,3 см. Вероятней всего, это были приспособления для подвешивания колчанов. Подобные крючки для подвешивания колчанов со стрелами дают материалы кочевников в Забайкалье, среди вещей из погребений бурхотуйской культуры. Конец с усиками в виде якоря крепился к поясу, а конец с кольцом – к колчану. Подобные крючки с раздвоенным верхним концом известны в материалах могильника верхнеобской культуры на Верхнем Чулыме и датируются II-IV вв. [Асеев, Кириллов, Ковычев, 1984. С. 93, табл. XVIII, VI].

Не в связи с находками в храме можно отметить широкое бытование в стрелковом вооружении пращи. На цитадели городища Канка, в башне – донжоне шахристана III найдены глиняные высушенные на солнце или специально обожженные ядра для пращи. Все они овальной (биконической) формы, длиной – 6-8 см.

Основным оружием для боя на средней дистанции являлось копье. Опытный воин достаточно точно поражал цель на дистанции в 30-40м. Начальная скорость брошенного копья – 22 м/сек. Копье было оружием, как пешего воина, так и всадника. В нашем комплексе железный наконечник копья представлен единичным экземпляром. Его длина – 23,8 см, ширина – 3 см. Боевая часть – узкой, ножевидной формы с двухсторонней заточкой. К основанию боевая головка заметно утолщается и переходит в коническую втулку, диаметром – 4,8см (рис. 3, 1).qurol_2qurol_3

Наконечник копья, только более крупной формы, но тоже с коническим втульчатым основанием происходит с замка Актепа Юнусабадское в Ташкенте [Тереножкин, 1948, рис. 25, 11].

Близкие размеры обнаруживают наконечники этнографических копий из Средней Азии. Так, казахское копье из фондов Музея антропологии и этнографии Санкт Петербурга состоит из трех деталей: металлического четырехгранного наконечника длиной – 22,5 см, втулки, диаметром – 3,5 см и древка. В месте соединения втулки и древка прикреплен пучок конских волос-«султан» длиной – 24 см [Курылев, 1978. С. 15]. Традицию украшения копий пучком конских волос отмечал Т. Аткинсон, путешествовавший по землям Старшего Жуза. Иногда волос заменялся кистями черного шелка [Кушкумбаев, 2001. С. 59]. Однако не исключено, что функционально кисти могли иметь более практическое значение – они служили для впитывания и задерживания крови, льющейся из раны, нанесенной противнику, на древко. Испачканное в крови древко скользило бы в руках, не позволяя нанести точный и сильный удар [Попенко, 2005. С. 135].

Любопытно, что в военных конфликтах эпохи раннего средневековья подчеркивается этническая принадлежность того иного типа вооружений. Так, копья арабов были длинными и цельными, а копья тюрок – короткими и полыми. Арабские авторы отмечают, что полые копья пронзали с большой силой, и были более легки для ношения. В то же время персы использовали длинные копья для вооружения пехоты, которая прикрывала от атак конницы входы у рвов и ущелья [Мандельштам, 1956. С. 233].

Подобные нашему ножевидные наконечники были особенно удобны для кавалеристов и предназначались для нанесения глубоких проникающих ран. Считается, что как оружие, в первую очередь, предназначенное для нанесения прямолинейных колющих движений, этот тип копья мог иметь более гибкое многофункциональное применение в борьбе на средней дистанции с нанесением скользящих ударов в лицо с использованием круговых, спиральных, вращательных движений. Так как всадник был способен таким наконечником пробить противника насквозь, то позже за ним устанавливался ограничитель, чтобы он не увязал в теле [Попенко, 2005. С. 135]. Несмотря на сильную коррозию поверхности наконечника хорошо видно, что для придания ему большей прочности по центру проходит ребро жесткости, по направлению к которому клинок заметно утолщается. Видимо, в структуре вооружения населения Ташкентского оазиса в эпоху раннего средневековья копья были широко распространены. Показательно, что именно копье вложено в руки царственного всадника на терракотовой канкинской плакетке V-VII вв. (рис. 4) [Богомолов, 1986. С. 70, рис. 1, 1; рис. 5].

Наконечник дротика также единичен. Боевая головка узкой листовидной формы с двухсторонней заточкой, наконечник насаживался на древко с помощью черешка. Черешок в сечении округлой формы, сохранился лишь частично. Длина боевой головки – 11,5 см, ширина в основании – 25 см. Длина сохранившегося черешка – 4 см. Подобный наконечник дротика на городище найден впервые.

Оружие ближнего боя – мечи, кинжалы, булавы представлены в комплексе фрагментарно и в единичных экземплярах. Найдено два каменных навершия булав. Одно из них – каменное навершие (глава) булавы, изготовлено из серого мрамора. Имеет приплюснуто-сферическую форму с проточенным сверху через центр круглым отверстием, на торцах видны мелкие сколы – следы ударов от использования булавы. Ее размеры – 7,4х6,5 см. Высота – 4,5 см, вес – 310г. Диаметр отверстия для насадки рукояти – 2 см. Тем не менее, она скорее являлось не боевым, а культовым оружием. Как вид оружия булава очень архаична. Как оружие ударного действия она должна была причинять противнику внутренние переломы и тяжелые контузии. Считается, что при умелом обращении ее использовали для захвата пленных. Булава в этом случае была призвана не убить, а только оглушить противника, не нанося ему тяжелых повреждений. Однако уже в эпоху бронзы каменные навершия булавы уступают более совершенным видам вооружения или заменяются металлическими. В раннем и развитом средневековье об использовании булавы говорят не столько реальные находки, сколько материалы настенных росписей Пенджикента, Афрасиаба и более поздние миниатюры. Вместе с тем на протяжении длительного времени булава служила сакрально-магическим символом мужественности и инсигнией власти. В зороастрийских храмах булава до сих пор присутствует как культовое оружие. Вступая в сан, жрец держит ее в руках, как символборьбы со злом.

Меч представлен лишь фрагментом клинка. Длина его – 12,1 см, ширина – 3-2 см, толщина – 0,8см (рис. 3, 2). Он был найден на полу среди ребер коня. Кроме того, куски клинков, рукоять меча найдены при раскопках на крепостной стене шахристана III.

Уникальна находка железного шипа. Он откован из отрезков овального в сечении прута, образует пирамидальную фигуру (рис. 2, 4). Причем, сочленение трех отрезков в плоскости представляет собой трехлучевую фигуру, из центра которой перпендикулярно вверх вытянут еще один луч – шип. Длина лучей – 4,5-5 см. Диаметр в основании – 0,8 см. К концу они заметно утончаются. Не исключено, что шипы даже специально подтачивались. Причем, на нашем экземпляре центральный шип слегка погнут. В целом, это очень устойчивая фигура и функционально предназначена препятствовать движению конницы. Хорошо известны керамические пирамидальные шипы – «ежи». Находка подобного шипа для нашего региона пока уникальна. Характерно, что в любом положении шипа, один из его лучей будет занимать вертикальное положение (т.е. торчать вверх). Видимо, в массовом использовании они предназначались для защиты наиболее опасных направлений (тыла и флангов плотного порядка пешего войска) от внезапных нападений конницы.

К предметам вооружения примыкает группа из 2-х железных изделий неясного назначения. Оба они однотипны, в виде небольшой уплощенной пластинки, один конец которой слегка завален, другой завершается двумя острыми жальцами, загнутыми в сторону пластины. Сами жальца – округлые в сечении, в одном случае, уплощенные – в другом. Для их изготовления брали отрезок прута, сгибали его пополам, сбивали вместе, а концы прута разводились в стороны и загибались к широкому основанию изделия. Один из этих предметов длиной -8 см, жальца, диаметром – 0,8 см. Основание – шириной 1,7см, длиной – 3,5см и толщиной – 0,9см (рис. 2, 1).

Второй – длиной 7,5 см и более упрощен, жальца толщиной – 0,4 см. Основание шириной – 2см, длиной – 4см и толщиной – 0,4см (рис. 2, 2).

Вероятней всего, это крюк, который крепился к аркану или длинному шесту, с помощью которого можно было зацепить всадника и сбросить с коня. Большую группу предметов вооружения составляют железные пластины панцирного доспеха. В процессе раскопок храмового комплекса на полу культового помещения, где выставлялся священный огонь, и размещались различные дары храму, было собрано более 1500 штук целых и фрагментированных пластин. Они лежали полосой от северного до восточного угла помещения. На то, что такие приношения приносились в храм и раньше, свидетельствуют находки панцирных пластин и кольчужных колец на нижнем уровне пола. Видимо, боевые доспехи развешивались вдоль северо-восточной стены культового помещения в качестве победных трофеев или даров.

Все пластины изготовлены из железа в виде плоских полос, но имели разную форму и размеры. Вдоль длинных сторон пластин пробиты ряды мелких сквозных отверстий, через которые с помощью шнуров пластины скреплялись друг с другом. Верхняя пластина прикрывала нижнюю почти на треть. Всего выделено 12 типов пластин. Самые крупные из них были прямоугольной формы, один конец их сильно заовален (11,6х3,4 см, толщина -0,3см). Некоторые из пластин были ровные, некоторые – слегка изогнуты в средней части. Интересны прямоугольные пластины размером 9х4-3 см. Одна длинная сторона у некоторых из них имеет двойной вырез, но всех их объединяет 5 округлых шишечек (умбонов), выбитых с тыльной стороны керном. Они расположены в центре пластины. Четыре шишечки образуют правильную фигуру – квадрат, пятая помещена в центре. Возможно, они несли декоративную функцию. На одной из сцен пенджикентских росписей пластины доспеха украшены шишечкой [Belenizki, 1980, рис. 41]. Самые мелкие пластины – 4,5х2 см, с нижним овальным или заостренным концом. Имеются также узкие пластины размером 8-9х2 см. Кроме того, большую группу образуют мелкие кольчужные кольца, диаметром 1,2 и 1,6 см. Часть из них – цельнолитая, другая – с разъемными концами, служила для соединения цельных колец. Концы их заклепывались. Видимо, кольчужные ряды могли прикрывать шею воина, руки и грудь [Богомолов, 1997. С. 82]. Все это показывает на бытование в Ташкентском оазисе в VIVII вв. доспехов пластинчато-наборного, ламиллярного типа, которые, прежде всего, были защитным вооружением воинов-всадников (рис.5). Аналогичное воинское снаряжение имеют воины на пенджикентских росписях [Belenizki, 1980. С. 54, 89, рис. 41, рис. 44]. Именно в таких панцирных доспехах изображены предводитель отряда всадников в сцене осады замка на блюде из деревни Больше-Аниковской из Перми [Пугаченкова, Ремпель, 1961, рис. 180-181] и воины на костяных пластинках одного из катакомбных погребений Шиловских курганов [Багаутдинов, Зубов, 1998. С. 253-256].qurol_4qurol_5

Таким образом, находки в храме городища Канка отражают видовой и типологический состав комплекса вооружений населения Ташкентского оазиса. Многочисленность и разнообразие наконечников стрел показывает, что большое значение в тактике боевых действий отводилось дистанционному бою. В комплексе находок представлены как простые плоские и трехперые наконечники стрел, предназначенные для пробивания относительно мягких средств защиты, так и два типа бронебойных стрел, применявшихся для борьбы против тяжеловооруженных воинов противника. Находки концевых и срединных костяных обкладок показывают на широкое бытование боевого сложносоставного лука. Кстати, Чач славился мощью и дальнобойностью изготовлявшихся здесь луков. Вероятно, она составляла 600-800 м. Показательно, что на мраморной плите из Ольвии имеется надпись IV в. до н.э. о достижении некоего Анаксагора, пустившего стрелу на 5 21, 6 м. Для более позднего времени исторически зафиксирован результат 889м, который показал турецкий султан Селим III на состязаниях в Стамбуле в 1798г. Прицельное точное поражение цели было возможно на дистанции 220м. Показательны в этом плане успехи английского короля Генриха VIII, попадавшего в яблоко на расстоянии в 220 м. Арабские средневековые источники сообщают о максимально возможной прицельной стрельбе на расстоянии 150м, а оптимальной считалась дистанция в 60 метров. Известно, что лучник мог выпустить 10-12 стрел в минуту. Для того, чтобы добиться быстрой и точной стрельбы и особенно большой дальности полета стрелы была необходима длительная подготовка. Не случайно, средневековые авторы, характеризуя боевые качества тюрок подчеркивали, что «тюрок стреляет по диким животным, птицам, мишеням, людям… Он стреляет, гоня во весь опор взад и вперед, вправо и влево, вверх и вниз. Он выпускает 10стрел, прежде чем араб – хариджит положит одну стрелу на тетиву» [Мандельштам, 1956. С.23].

Интересным свидетельством о разнообразии средств борьбы с конницей противника является находка железного шипа.

Вместе с тем и сами воины Чача имели в своем распоряжении пластинчатые доспехи с характерной ламиллярной системой крепления, основанной на скреплении пластин ремешками в горизонтальные ряды. Доспехи этого типа обнаруживают широкий круганалогий в искусстве Согда и Тохаристана VI-VIII вв.

Оружие ближнего боя в комплексе представлено менее выразительно. Хотя находки с других объектов показывают существование мечей, кинжалов, боевых ножей, направленных на борьбу с тяжеловооруженным и легковооруженным противником.

Несмотря на преобладание в комплексе наконечников стрел, ядер пращи, копий, т.е. оружия дальнего боя и редкость других его видов, отсюда не следует вывод о существовании только легковооруженных отрядов. Наличие панцирных доспехов указывает на существование тяжеловооруженной и средней конницы, способной вести бой как в сплоченном плотно сомкнутом строю, нанося таранный удар, так и применять тактику рассыпного строя для массированного обстрела противника с дальней дистанции с целью дезорганизации его боевых порядков. Все это показывает, что военное дело в Чаче стояло на высоком уровне и соответствовало развитию современного ему военного искусства Средней Азии.

Г.И. Богомолов

Использованная литература

Асеев И.В., Кириллов И.И., Ковычев Е.В. Кочевники Забайкалья в эпоху средневековья (по материалам погребений). Новосибирск, 1984.

Belenizki. A.M. Mittelasien Kunst der Sogden. Leipzig, 1980.

Богомолов Г.И. Изображения всадников с городища Канка //ИМКУ. Вып. 20. Ташкент, 1986.

Богомолов Г.И. Панцирный доспех с городища Канка //ИМКУ. Вып. 28. Самарканд, 1997.

Курылев В.П. Оружие казахов //Материальная культура и хозяйство народов Кавказа, Средней Азии и Казахстана. МАЭ. Л., 1978. Т. 34.

Кушкумбаев А.К. Военное дело казахов в XVII-XVIII вв. Алматы, 2001.

Левашова В.П. Из далекого прошлого южной части Красноярского края. Красноярск, 1939.

Литвинский Б.А. Среднеазиатские железные наконечники стрел //СА. 1965. №2.

Максимова А.Г., Мерщиев М.С., Левина Л.М., Вайнберг В.И. Древности Чардары. Алма-Ата, 1968.

Мандельштам А.М. Характеристика тюрок IX в. в послании Фатху ибн Хакану ал-Джахиза //Труды

Института истории, археологии и этнографии АН Казахстана. Алма-Ата, 1956. Т. 1.

Попенко В.Н. Холодное оружие //Энциклопедический словарь. М., 2005.

Соловьев А.И. Военное дело коренного населения Западной Сибири эпохи средневековья. Новосибирск, 1987.

Тереножкин А.И. Холм Актепе близ Ташкента //Труды Института истории и археологии АН РУз. Ташкент, 1948. Т. 1.

Худяков Ю.С. Вооружение енисейских кыргызов VI-XII вв. Новосибирск, 1980.

Худяков Ю.С. Железные наконечники стрел из Монголии //Древние культуры Монголии. Новосибирск, 1985.

(G.I. Bogomolov)

Materials to war archaeology of Chach (by excavations of Kanka site temple complex)

The article considers questions of war archaeology of Chach. Basis of the research are served finds of weapons and armors, that were sacrificed to the town temple as presents or spoils. Some of them were traces of war collision on the territory of the temple at the beginning of VII century. Whole these finds divided into offensive weapons (weapons of far-distance – arrows, spear, shots, and of short-distance actions – sword, dagger, knives) and defensive armor. Multiplicity and variety of arrow-heads showed a great signification of far-distance actions in war tactics of Chach. Finds of iron plates defensive plate armors showed existence heavy armoured warriors there, first of all in cavalry, which were able waged war actions in serried density order for dealing ram blow or using a tactic of spill order, and took under fire enemy troops. So materials prove that war affair in Chach had a high level of development and corresponded to improvements of contemporary to this time war art of Central Asia

Манба: Тошкент шаҳрининг 2200 йиллик юбилейига бағишланган Халқаро илмий конференция материаллари
Ўзбекистон Республикаси Фанлар академияси
«Фан» нашриёти
2009

Оставьте комментарий